Ауа райы
Астана +7 °С
Алматы +14 °С
валюта бағамы
USD 421.58
EUR 496.83
RUB 5.53
CNY 62.20

Можно ли предотвратить суицид, рассказал психолог из СКО

2021 жылдың 28 қараша 2021 12:27

ПЕТРОПАВЛОВСК. КАЗИНФОРМ – Можно ли предотвратить суицид, как распознать сигналы ребенка о помощи и чем полезна программа превенции суицидального поведения среди несовершеннолетних – корреспондент МИА «Казинформ» разговаривала с психологом Дмитрием Агаповым.

По данным Всемирной организации здравоохранени, Казахстан занимает третье место в мире по количеству самоубийств и лидирующее - среди стран Центральной Азии. Все чаще из разных регионов страны приходит информация о суициде среди подростков.

- Статистика пугающая, на самом деле. Почему люди решаются на такой шаг?

- Начнем с того, что суициды по психическому механизму бывают разными. Есть люди, которые абсолютно сознательно и демонстративно-шантажно делают попытки суицида. У них нет цели убить себя. Есть цель – добиться чего-то. Но здесь всегда есть высокий риск, что суицид станет завершенным: не рассчитал человек, что-то пошло не так, как он планировал, не учел рисков.

Есть суицид истинный, когда цель – лишить себя жизни. Как правило, это реализация общей стратегии, когда человек не решает проблемы, а уходит от них. К примеру, проблемы с учителем – не ходит на урок, проблемы со школой – не ходит в школу, проблемы в семье – не идет домой. Суицид – максимально выраженный вариант ухода ото всего, в том числе из жизни.

Сначала всегда возникает состояние дезадаптации психики, когда человеку плохо, некомфортно, он страдает. В этот момент могут появляться суицидальные мысли и побуждения: «уйти», «все плохо», «никакого смысла нет». Могут быть и физические страдания. Такое случается среди онкобольных, которые не могут переносить боль.

- Но ведь и успешные люди совершают суицид?

- Здесь мы сталкиваемся с таким понятием как ноогенный невроз, экзистенциальный вакуум. Человек всего достиг, а зачем? Что дальше? Не редкость, когда к психологу обращаются 25-летние миллионеры, которые не знают, что им делать дальше. Все эти социальные достижения – цель первой половины жизни. Дальше – работа с собственной психикой, чего я хочу и так далее. Это потребности более высокого уровня. Пока не будут достигнуты низлежащие потребности, то человеку не до этих ценностей.

- Почему же заканчивают жизнь самоубийством подростки? Ведь в таком возрасте нет еще разочарования в жизни, груза проблем, ответственности…

- Подростки - самая высокая группа риска по суициду. Причина чаще всего в психических страданиях. Это период серьезного личностного вызова, перестройки. Им ведь нужно выйти в общество и соответствовать ожиданиям, родителей или своим собственным. Для многих даже выбор профессии становится сложным. Когда человек не знает, чем хочет заниматься – это сильнейший кризис. Отношения, принятие в группы сверстников – тоже нередко становятся причиной страданий и могут привести к суицидальным попыткам.

Когда мы говорим о подростковом суициде, то нужно иметь в виду три фактора: среда – что вызывает стресс, предрасположенность к нему, наличие антисуицидальных факторов. Если низкий антисуициадальный фактор, высокая предрасположенность и стресс в жизни, то риск совершения суицида большой.

Состояние психической дезадаптации – высокая нервно-психическая напряженность, страдания, внутренний дискомфорт – приводит к мыслям и побуждениям. Последнее может быть у большинства людей. Даже фраза «да чтоб я сдох» или «как мне все надоело» - это косвенное суицидальное высказывание. Потом это оформляется в план и человек может внезапно успокоиться. Он считает, что нашел решение ситуации. После - приводит план в действие. Чаще всего эти этапы происходят длительное время. Есть возможность это увидеть, помочь. На это направлена программа превенции суицидального поведения среди несовершеннолетних.

Безусловно, бывает так называемый острый суицид. Например, человек совершает смертельное ДТП либо сопряженное с большими финансовыми и карьерными потерями и буквально через несколько часов совершает суицид. Либо девушка-студентка поссорилась с родителями, потому что поздно пришла домой, а семья строгая – и совершила суицид.

- В таком случае вина лежит на родителях?

- Это сложный этический вопрос – чья ответственность. Ответственность за лишение жизни лежит на самом человеке. Это его выбор. Когда я работаю с темой суицидов - сначала отправляю к психиатру, потому что именно этот специалист выставляет диагноз – понимаю, что далеко не всегда могу помочь человеку. Я отвечаю за человека только в момент консультации. Он может выйти из кабинета и совершить суицид. Ни я, никто другой ничего сделать не сможет. Это иллюзия – считать, что все суициды можно предотвратить. Нет, это невозможно. Минимизировать – да, вполне. Предложить помощь – да.

В работе применяется биопсихосоциальный подход, принятый ВОЗ. Биологический подход – здесь работает психиатр, потому что в большинстве случаев это связано с депрессией. Поэтому у подростков, в первую очередь, диагностируют признаки тревоги, депрессии и стресса. Социальный – родители, социальные педагоги. Психологический – всегда есть какая-то уязвимость, например, к стрессу. Моя задача – разобраться, почему ребенок реагирует на это, в особенностях его мышления.

Проблема подростков в том, что они не всегда знают, куда и к кому они могут обратиться в сложных ситуациях. Даже если большой плакат висит с номером горячей линии, они не заметят. У детей нет механизма получения помощи. Это задача взрослых. Программа превенции как раз на это направлена.

- Второй раз упоминаете об этой программе. Расскажите подробнее, пожалуйста

- Программа трехкомпонентная. Первый – проведение опроса, чтобы выявить состояние детей. Например, с его помощью можно выяснить, что у ребенка когда-то была попытка суицида, у кого-то есть суицидальные мысли прямо сейчас. Внешне же это могут быть обычные подростки из благополучных семей. Но душевное состояние далеко от благополучия.

Второй компонент – повышение осведомленности подростков и психическом здоровье. То есть, что такое стресс, депрессия, где получить помощь, как помочь другу, поддержать, какие есть ресурсы для улучшения состояния, что делать с эмоциями, как ими управлять.

Третий компонент – стражники судьбы. Это обучение коллективов, вплоть до техперсонала школ, как увидеть, что у ребенка небагополучное психическое состояние. При разборе суицидальных случаев порой выясняется, что ребенок подавал сигналы, а их не увидели. Прежде всего, нужно понимать, что он жить так не может, но умирать не хочет. Если ребенок не получает помощи, когда подает сигналы, то ему остается только один выход – уйти из жизни.

- Какие сигналы может подавать ребенок? На что обратить внимание родителям?

- Самый общий принцип – изменение состояния ребенка. Был активный, веселый, внезапно настроение упало, на несколько недель «потух». И наоборот, был тихим и стал раздраженным конфликтным. То есть, изменение привычного поведения. Иначе говоря, поседение стало странным для этого ребенка.

Второе – ребенок плачет, у него появляются истерики, заметно тревожится. Насторожить должно, если он прячет руки в рукава, возможно, наносил себе порезы. Это так называемое самоповреждающее поведение, когда причинением себе боли пытается вернуться себя в реальность. Ребенка перестали радовать обычные вещи, у него внезапно изменился аппетит – в любую сторону, появились высказывания типа «я плохой», «я ничего не добьюсь» - самобичевание. Привычный образ жизни становится неинтересным, ребенок ото всего устает. Или вдруг раздает друзьям вещи, которые ему дороги. Если начинает у всех просить прощения. Все это должно насторожить.

Мы, взрослые, пытаемся оценивать проблемы детей, о которых они рассказывают объективно. А их надо оценивать субъективно. Не с нашей точки зрения, а с точки зрения ребенка. Если он говорит, что это для него проблема – надо принять это как проблему, если даже с нашей точки зрения полная ерунда. Ни в коем случае так не говорить. Потеря игрушки для ребенка то же самое что потеря кошелька с крупной суммой денег для нас.

- Как вести себя родителям, если что-то подобное с ребенком происходит, чтобы не навредить?

- Говорите своему ребенку: «я тебя люблю», «я с тобой», «я готов выслушать, помочь». Поговорите с ним. Найдите время, чтобы не торопиться, между взрослым и ребенком ничего не должно быть, чтобы никто и ничего не мешало. Если позволит приобнять, хорошо, воспользуйтесь этим. Уберите телефон. Важно не перебивать, не читать морали в этот момент – просто слушать. Выслушать до исчерпания. Это уже облегчит состояние ребенка. После этого убедить обратиться к специалисту.

Родитель, педагог не является психологом. Но искать нужно такого психолога, который может оказать психологическую консультацию, работать с причинами. Не стесняться обращаться к психиатрам. Никто никого на диспансерный учет ставить не будет. Юридических последствий не будет. Важнее сейчас оказать ребенку помощь, чем думать об учетах и прочем.



Жоғары қарай